Вчера в результате тяжелой продолжительной болезни скончался Joseph K. Последние месяцы он влачил жалкое существование, извиваясь в конвульсиях по пол-страницы в день, диссонируя с настроением, погодой, городом San Francisco и прочей окружающей меня Калифорнией, пока грипп не вышиб меня из уютной реальности и не привел меня к некоторой гармонии с терзаемым мной текстом. В результате страницы зашелестели быстрее и, наконец, мясницкий нож воткнулся бедняге в грудь и дважды повернулся в сердце.
Чего бы еще такого жизнерадостного почитать?
Чего бы еще такого жизнерадостного почитать?